Первая церковь Качканара, основанная в 1993 году в здании бывшего детского сада — она освящена в честь иконы Божией Матери «Взыскание Погибших» и, как говорят, это довольно редкий выбор именования для храма.

Церковь находится в районе Первомайки — а что такое Первомайка, это место, с которого Качканар начинался в конце пятидесятых, колыбель города, и при этом самое пугающее меня с детства пространство, потому что всю жизнь звучало, что там чистейший, беспримесный ад.

Как человек, искренне любящий, например, Автозаводский район Нижнего Новгорода, я не люблю стигматизировать районы, да и времена в целом стали сильно травояднее, но еще летом 2022 года я слышал от родственника, работающего водителем качканарской скорой помощи примерно столько, сколько я живу (а это значит, что он видел в этом мире примерно всё и даже чуть больше) в ответ на мое желание там прогуляться — «Марк, поверь мне, тебе туда не надо».

«Позже, в этом доме, прямо у церкви, был дезоморфиновый притон. А когда притон прикрыли, мне пришлось в нём же и пожить <…> Этот район познакомил меня с концепцией смерти, человеческой трагедии и ужаса, проникающих в тебя далеко надолго. С мыслью, что Бог если и рядом, то он может лишь беспомощно наблюдать. Что уважаемые сотрудники правопорядка лишь беспомощные дети. Что-либо ты, либо тебя», — пишет в твиттере еще один бывший качканарец под никнеймом MaximalismOkay.

Напротив церкви, окна в окна — выселенная заброшка, в которую я, конечно же, залез. Я бывал в нижегородских заброшках — например, на Ильинке и в окрестностях, но именно здесь мне впервые стало очень некомфортно. Не знаю, почему — как-то сработала память, как будто бы я там уже был и возвращаюсь на эти руины.